на главную - Ко звуку звук

для тех, кто слушает стихи

Светлана
Антипченко
( Шмель):




"как сладко, боже мой, как нежно..."         

  mp3  

302 K

Under The Same Sun ("незнакомец де факто...")         

  mp3  

357 K

"скажи, что в этом октябре..."         

  mp3  

242 K

"тебе моя рука легка..."         

  mp3  

306 K

"плывёт от нас нелепый полустанок..."         

  mp3  

592 K

"отходят праздники, как воды..."         

  mp3  

280 K

"шевелю истёртыми ногами..."         

  mp3  

255 K

"разить строкой не в нашей власти..."         

  mp3  

119 K

"всё по числу: утрат и лет..."         

  mp3  

186 K

Уха ("не спеши отвергать...")         

  mp3  

607 K

"когда бы я не знала зиму..."         

  mp3  

288 K

"не заметивший брода на границе морей..."         

  mp3  

276 K

"помнишь - с дождями с юга..."         

  mp3  

311 K

"белила и блёстки - изнанка его душ..."         

  mp3  

294 K

"что бывает когда говоришь..."          

  mp3  

420 K

"вас не смущает этот свет..."          

  mp3  

984 K

"станет ли мне уроком..."          

  mp3  

892 K










*  *  *

как сладко, боже мой, как нежно
сидеть и ждать - зима заснежит
в ветвях зажгутся снегири
налить стакан лечебной грусти
и залпом вдрызг - авось отпустит
ан нет, и снова повторить 

в глазах печёт, и в сердце ноет 
как странно быть такой больною
себя жалея
и порой
мечтать о вьюгах и морозах
шуршащий снег блестящ и розов
как полка ёлочных шаров 

мечты, всегда мечты
однако
ну что нам дождь
и что нам слякоть
слова, дурацкие слова - 
собака лает
ветер носит
от сотворенья мира осень
всенепременно такова
..^..   







Under The Same Sun 

незнакомец де факто
незнакомец де юре
зацепившись за тот же кусочек бордюра
что и я до того 
передёрнув плечами
ты ругнёшься тем словом, что здесь прозвучало
только-что 
в результате дурного запала -
я здесь тоже прошла и почти-что упала 

мы идём
мы плывём в фатализме кисельном
я съезжаю 
и тут же твоё новоселье
я болею
но только когда ты простужен
ты бы мог быть мне братом, отцом или мужем
просто другом
но даже ещё не приятель
нас ведёт по ступеням простых обстоятельств
де жа вю - две судьбой перекрученных нити -
и, столкнувшись, мы просто кивнём: "извините" 

удивительно странно безумно похожи
ты нашёл бы меня
но не можешь
не можешь
я твоё отражение маска личина
я нашла бы тебя, но не вижу причины 

и решив за тебя, что тебя не увижу
понимаю, что нет ни роднее
ни ближе 
..^..




*  *  *

скажи, что в этом октябре
нас не найдёт промозглый ветер,
что мокрых туч щенячий бред -
всего лишь лужа на паркете,
уже грозится первый снег,
но дуб не спит, не спят осины
что серый день в моём окне -
не серый всё-таки, а синий
что будет сухо и тепло
не только в тёплое одетым
что нас приветит под крылом
по-бабьи глупое, но лето
что мы среди былых красот
не глупо злы
не странно немы
ведь здесь простой цветастый зонт
решает каждую проблему 
..^..











*  *  *

тебе моя рука легка, как дважды два,
я флюгер поверну и ветер затоскует,
с приятной хрипотцой прочитана глава,
в ней споро день за днём по морю, по песку ли
идёт твой караван.

жестокая молва, пожухшая трава
как символ всех разлук шипят и догорают,
и если я усну, то буду не права,
когда, как верный друг, по рощам, по горам ли
идёт твой караван.

я жду - я жду - я жду, седеет голова,
уставших лошадей твой голос подгоняет.
ты встреть меня, ты встреть - слова - слова - слова,
становятся слова засушливыми днями...
и всё трудней смотреть, идёт ли караван.
..^..









*  *  *

плывёт от нас нелепый полустанок,
как старый перелатанный баркас.
и мы не спим, хотя уже устали,
соседи всё меняются местами -
соседям не до нас...
звенят бутылки,
и минералка плещется на дне,
в подушку вновь утоплены затылки,
колёса пересчитывают стыки -
так много дней...
и каждый день потерян,
и каждый проштампован, как билет,
пришит в дневник казённо и отдельно,
и эти дни слипаются в недели -
так много лет...
и много остановок
жуём обед, газетами шурша,
опять звучит угаданное слово...
вот "тост на ты" - ах, как это не ново,
запишем "брудешафт",
как звуки вальса -
бокал, паркет, зеркальная стена,
томленьем чуждым в сердце отзываясь...
пошёл ты на...
- летит из коридора
как просто возвращаться в наш дурман:
соседи, сквозняки, огрызки, споры,
посёлок, километр, уездный город...
коротенький роман
в обложке хлипкой -
она прекрасна, он в неё влюблён,
шуршанье шёлка, светские улыбки...
на занавеске солнечные блики;
пшеница, лён
и прочие посевы,
коровы - деревенский колорит -
в окне пейзаж весёлый и весенний...
соседи слезли с полок и уселись -
пора поговорить
о темах вечных:
политика, здоровье, просто жизнь -
наш диалог остротами расцвечен,
(и вроде угощаться больше нечем)
ты мне скажи...
а первая жена...
пропил страну...
у нас такие ночи...
совет...
самум...
и много многоточий

немного странный в этот тёмный час
плывёт на нас баркас...
нет - полустанок
..^..










*  *  *

отходят праздники, как воды,
как щедрый дождь земной,
хотя
ещё не ведает погоды
в подоле спящее дитя,
еще дрожат во сне ресницы,

пусть ветер воет у стены -
тебе лишь песни будут сниться, 
иной стихией рождены,
пусть умер цвет,
поникли лики,
оплыл рассвет,
попутал бес,
лебяжий пух на землянику
летит с пустующих небес,
не бойся птицы, зверя, змея,
иди в запретные места -
кто, как не ты, обнять сумеет 
земли языческую стать?
не в злате - звон,
не в хлебе - пища,
не в роще - первый соловей...

а кто увидит - тот запишет
словами совести своей. 
..^..







*  *  *

шевелю истёртыми ногами
не молюсь
не плачу ни о ком
я не пианист, познавший гаммы
не заезжий клоун балаганный
просто странник с пыльным рюкзаком 

просто странник, это значит странный,
я не к месту - 
зимний майский жук,
свежий выдох в облаке дурмана
двор-терьер в овчарне доберманов
и у вас, друзья, не задержусь 

там, куда иду, светлеет небо
не торгуют шляпами и хлебом
пляжей и гостиниц не найти
мир топча, ищу совсем иное
солнце-персик с косточкой-луною
моего чураются пути 
..^..










*  *  *

разить строкой не в нашей власти,
пока на заданной черте
сидит в засаде серый ластик
и стережёт своих чертей.

лист будет чист и отутюжен,
пока слоняются пешком
ряды чужих чертячьих дюжин
по каждой полке с пирожком.
..^..













*  *  *

всё по числу: утрат и лет 
как белый шёлк, так лоб твой бледный 
как жаль 
ты старше чем портрет 
и эта разница заметна 
как жаль 
жестокие слова 
уже не нож но нужный лекарь 
как жаль 
объехала молва 
твоей истории телегу 
как жить? 
последнему листу 
отвратна мысль об эпилоге 

но слышен стук - негромкий стук 
в твоё окно 
одно из многих
..^..









Уха

не спеши отвергать - это просто игра
это сказка о прошлом реки

только солнце спускалось за розовый край -
приходили к реке рыбаки

а с другой стороны - от просевшей луны
что ночами над речкой висит
непонятному рыбьему слову верны
приплывали туда караси

отражалась звезда серебрилась вода
колыхалась рыбацкая сеть
и зови - не зови и рыдай - не рыдай 
караси возвращались не все

жрёт подводная тля водяные поля
не родит и не кормит река...
но кого упрекать и кого умолять?
рыбака? - рыбака. Рыбака!

Ангел
Демон
Судьба
Всемогущий Рыбак
не оставь нас во все времена
примерзали к по-рыбьи холодным губам
имена 
       имена 
                имена

хочешь манны вкусить - рыбака попроси
научи карясят и мальков
и вели карасей на убой караси
прославляя своих рыбаков

и казалось - война, отомрёт глубина
карасей караси истребят
вот тогда донеслось с беспокойного дна:
"эй, рыбак, мы не верим в тебя"

кто-то молча в слезах проклинал небеса 
кто-то шёл как всегда на улов
с той неясной поры отводили глаза
караси от рыбацких костров

.......................................

к окончанью стиха закипает уха
нет ни веры ни братства ни сил
рядом дремлет река, непривычно тиха
и глядят на луну караси
..^..













*  *  *

когда бы я не знала зиму
и хрупких шариков корзину
во тьме шкафов не берегла,
когда бы мне в стекло дышалось
и за неведомую шалость
на мир смотрелось из угла?

прямым путём, кривой дорогой
ребёнком крохой-недотрогой...
кто знает - что там впереди?
а кто б ни знал - зима морозы
что делать? к этому вопросу
с каких сторон не подойди!

к чему воздвиг? зачем разрушил?
мудрец не знающий игрушек -
бездонный ров, извечный зов.
пусть опыт мал и возраст нежен
куда б ни шёл когда б ты не жил -
всё начинается с азов
..^..











*  *  *

не заметивший брода на границе морей,
выползай на свободу из своих букварей,
посмотри и послушай, как в посмертном бреду
по воде, как по суше, иноверцы идут
без обрядов и гимнов, без пророков и плах,
безобразно другие - о когтях и крылах,
над сиреневой топью - изумруд, бирюза -
от картины подобной отвернёшь ли глаза?
и, чураясь, прошепчешь: "не зовёт, не влечёт"?
и отправишься к печке, поплевав за плечо,
чтобы нынче же ночью от обиды кричать,
вспоминая, как прочен твой замок без ключа...
..^..











*  *  *

помнишь - 
           с дождями с юга
ветра глубокий вздох?
кто-то тебя баюкал -
ангел-хранитель?
                  Бог?
в тонких слоях эфира
небо явило дно -
чувствовать связи мира
будет тебе дано...
всё, что вокруг мелькает,
шепчет - иди и стань
духом, входящим в камень,
дерево
         или сталь -
мёртвое и слепое
скажет, воспряв от сна:
быть - это знать и помнить,
помни меня 
            и знай;
крепнут с инакой болью
новые своды слов,
людям из них любое -
глупость,
          нелепость,
                     зло...
быть чужаком - не благо,
ты не расстроен,
ведь
Гайя умеет плакать,
Гайя умеет петь.
..^..















*  *  *

белила и блёстки - изнанка его душ.
подмостки...

- на выход!
- оркестр, твоюмать, туш!
скрывается занавес и убывает свет

я - точка с биноклем и видами на буфет

но в нашем пространстве витает иной закон
и я пробираюсь к любовнице на балкон
дерусь на дуэли 
над мёртвым держу свечу
и громче всех в зале рыдаю и хохочу
чу! время финала
                    вокруг нарастает шум
и вот он лежит бездыханный 
а я сижу
но так запредельна сила его лжи
что кажется мне - я умер
                          а он - жив
..^..













*  *  *

что бывает когда говоришь как ночь 
пряча чувства за гулом сосновых слов 
в них сидит недвижим желтоглазый сыч 
стережёт улов 
и тебе отвечают прищурив глаз 
и с тобой говорят отступив на шаг 
и слова обретают такую власть 
что дрожит душа 

что бывает когда говоришь как день 
подавая на блюде с халвой щербет 
колокольчик динь-динь и скворец тень-тень 
и столпами свет 
и с тобой говорят за ладонь схватив 
позабыв про хулу про молву и спесь 
и слова обретают родной мотив 
но теряют вес 

что бывает когда говоришь как сон 
всё что было и будет вобрав на миг 
погасивший свет разогнавший сов 
бытия двойник 
и тебе отвечать - где набраться сил? 
и с тобой говорить - как теперь посметь? 
и слова так весомы что по-про-си 
и отступит смерть
..^..


















*  *  *

вас не смущает этот свет
ржаной и пряный?
он словно лапотник-сосед
явился пьяный
упал на пыльное крыльцо
у двери ржавой
и дышит в каждое лицо
июньским жаром

о город! сжалься,
где твой зонт
густого смога?
пусть свет нам выпустит завод
смягчив немного
и упаковочных бумаг
привычный шелест
продаст любой универмаг
"теперь дешевле"

мы с солнца яростной иглой
давно чужие
одетый в черное в стекло
зрачок расширен
а света бурная волна
пусть хлещет выше
и катит прочь
туда где нам
уже не выжить
..^..















*  *  *


станет ли мне уроком
желтый кленовый лист
спящий на дне коробки
словно усталый лис
словно сбежала стая
бросив сырой порой
ветка твоя пустая
рядом с моей норой
рыжий мой! неужели
кто-то шепнул - кружись
чье-то воображенье
нам подарило жизнь
дом ли нору ли ветку
выбрало наугад
и отпустило с ветром
в солнечный листопад
..^..












всё в исп.  В. Луцкера

17